Неформальные движения в СССР.

{"document": [{"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Неформальные движения в СССР: 5 самых странных Советский Союз запомнился многим как эпоха пионерии, комсомольских строек и строгих норм морали. Но за парадным фасадом коллективных собраний и лозунгов о светлом будущем существовала целая вселенная странных, необычных и порой откровенно запретных увлечений. Пока официальная пропаганда воспитывала «строителей коммунизма», тысячи советских людей зачитывались Толкиеном, верили в пришельцев, оголялись на морозе по системе «Детка» или превращали Патриаршие пруды в алтарь булгаковского культа. ИВАНОВЦЫ: Закаливание, бессмертие и культ «Учителя» Пожалуй, самыми необычными и мистическими фигурами в советском андеграунде были последователи Порфирия Иванова. Они жили замкнутыми общинами, граничащими с сектами, и верили, что человек способен победить смерть. Биография самого «Учителя» была одиозной. Порфирий Иванов, человек с уголовным прошлым в юности, сотрудничавший с лагерной администрацией в сталинские времена и проживший 12 лет в психиатрических лечебницах, создал учение, которое обещало главное — крепкое здоровье и бессмертие. Во время Великой Отечественной войны он оставался на оккупированной территории, но, несмотря на темные пятна в биографии, его харизма притягивала тысячи. Система Иванова была сурова и аскетична: Обливание холодной водой утром и вечером (в любую погоду, в любом возрасте). Помощь бедным как духовная практика. Полный отказ от алкоголя и курения. Поклонение природе и отказ от излишеств. Главный постулат: болезнь — это наказание за неправильную жизнь, и таблетки не помогут, пока не изменишь сознание. Иванов требовал беспрекословного подчинения своей воле, а тех, кто отказывался здороваться с людьми по его правилам или пил, просто изгонял. Трагическим символом этого культа стала смерть его собственной жены Ульяны. В 1974 году она упала с сеновала и получила тяжелую травму. Умирая, она так и не смогла назвать мужа «Учителем», и Иванов (согласно его доктрине) не стал помогать той, кто не подчинился ритуалу. Женщина умерла. Сам Порфирий Иванов скончался в 1983 году в возрасте 85 лет. Однако его последователи до сих пор убеждены: Учитель не умер, он просто ушел из тела, и ждут его возвращения. УФОЛОГИ: Охота на «Таррелки» самиздата Официальная наука СССР долгое время игнорировала тему НЛО, считая ее лженаукой и буржуазным пережитком. Но это не остановило тысячи энтузиастов. Советский уфологический бум начался не с «зеленых человечков», а с… Тунгусского метеорита. В 1946 году писатель-фантаст Александр Казанцев выдвинул сенсационную гипотезу: в 1908 году над Сибирью взорвался не метеорит, а инопланетный корабль, потерпевший катастрофу. В 1947 году Московский планетарий стал местом первого публичного диспута на эту тему с участием Казанцева и Феликса Зигеля. С 1956 года в государственных органах даже появились структуры, которые начали официально принимать сигналы от населения. Но изучив тысячи писем, ученые пришли к неутешительному выводу для романтиков: Абсолютное большинство сигналов — голословны. Ни одного реального контакта с пилотами НЛО зафиксировано не было. Ни одного похищения людей для научных опытов — тем более. Однако это не убило движение. Наоборот, вдали от Академии наук расцвел подпольный культ. Люди собирались на тайные «съезды» в районах, издавали машинописные «самиздатовские» журналы, делились координатами звезд и ждали «Пятого контакта». Уфология стала для многих побегом от скучной реальности в мир космических тайн. «ПАТРИКИ»: культ Булгаков на Патриарших В Москве 1960-х годов появилась особая каста молодых людей — «Патрики». Их собирала не политика, не рок-музыка (пока еще), а мистическая география романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Роман, запрещенный к широкой печати (полностью опубликовали только в 1973 году), ходил в списках и читался буквально как руководство к действию. Патриаршие пруды стали главным «алтарем» этого культа. Там, где по книге Воланд встретил Берлиоза и Бездомного, собирались диссиденты духа. Культ «Мастера и Маргариты» стремительно развивался: от старшеклассников до убеленных сединой профессоров. Поклонники Булгакова изучали оккультную литературу, ходили в «булгаковские места», собирались у «голгофы» — на могиле писателя на Новодевичьем кладбище, и активно издавали самиздат. Примечательная деталь трагизма этого явления заключается в том, что сам Михаил Афанасьевич был известным борцом с рукописями. Он жег свои тексты с одержимостью маньяка. Уничтожил первую версию «Мастера и Маргариты» целиком, жег отдельные листы и тетради. Он писал другу, что печка стала его любимой «редакцией», поскольку с одинаковой охотой «поглощает и квитанции из прачечной, и стихи». ТОЛКИЕНИСТЫ: Мечи, кольчуги и «Маевки» в Царицыно Пока на Западе хиппи выдвигали Гэндальфа в президенты (и это не шутка, а реальные плакаты 70-х), в СССР культ Джона Р. Р. Толкиена обрел форму военизированной ролевой игры. В Союзе книги Толкиена начали официально переводить только в начале 1980-х годов («Хоббит» и первый том «Властелина колец»). Но истинные ценители знакомились с миром Средиземья через самиздат. Особой валютой был перевод «Сильмариллиона» — иметь его считалось особым шиком. Пик популярности пришелся на конец 1980-х, когда железный занавес начал давать трещины. Толкиенисты не просто читали — они строили свой мир. Они шили плащи, ковали мечи, собирали кольчуги и уходили в леса на турниры. Главные места силы толкиенистов в Москве: «Эгладор» (он же Нескучник) — сборы по четвергам. «Мандос» — воскресные сходки в Царицыно. Их «маевки» были суровым карнавалом, где нужно было не просто отдохнуть, а выжить в условном походе, сразиться деревянными мечами и доказать свою преданность эльфийскому делу. Со временем из этого движения вышли многие не менее известные, как, например, историческое фехтование. ВАГАНТЫ: Как власть случайно создала оппозицию Конец 1950-х — начало 1960-х подарили СССР жанр авторской песни. Бардовское движение стало массовым. Однако мало кто знает о циничности его истоков. Существует версия, что развитие бардовской песни было... спровоцировано властями. Советская элита поняла, что народ нужно отвлечь от политики. И придумала идеальный механизм: развивать самодеятельный туризм «старой школы» — палатки, гитары, костры и песни о походах. Но план дал сбой. Народ принял вызов слишком активно. Туризм стал массовым. Начиная с 1968 года под Самарой (тогда Куйбышев) барды стали проводить легендарный Грушинский фестиваль. Цифры говорят сами за себя: 1-й фестиваль (1968): 600 человек. 2-й фестиваль: 2 500 человек. 3-й фестиваль: более 4 000. Власть создала арену, но не смогла контролировать исполнителей. В походы уходила в первую очередь научная интеллигенция — физики, лирики, инженеры. И у костров они любили не только петь про «вершины», но и критиковать советскую действительность короткими, острыми, как лезвие, куплетами. Туризм, задуманный как средство контроля, стал трибуной для «инакомыслящих» — от Окуджавы до Высоцкого."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Источник: "}, {"type": "string", "attributes": {"href": "https://russian7.ru/post/neformalnye-dvizheniya-v-sssr-5-samykh-st/"}, "string": "Неформальные движения в СССР: 5 самых странных - Русская семерка"}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "© Русская Семерка "}, {"type": "string", "attributes": {"href": "https://russian7.ru/"}, "string": "russian7.ru"}], "attributes": []}], "selectedRange": [0, 28]}