Николай Герасимович Помяловский.

{"document": [{"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "Николай Герасимович Помяловский"}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": " (11 (23) апреля 1835, Санкт-Петербург — 5 (17) октября 1863, "}, {"type": "string", "attributes": {"italic": true}, "string": "там же"}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": ") — русский писатель, прозаик, один из видных реалистов-шестидесятников."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "attachment", "attributes": {"caption": "Николай Герасимович Помяловский", "presentation": "gallery"}, "attachment": {"caption": "", "contentType": "image/jpeg", "filename": "X9e9eD1QGN8.jpg", "filesize": 170947, "height": 781, "pic_id": 943940, "url": "http://storage.yandexcloud.net/pabliko.files/article_cloud_image/2025/01/03/X9e9eD1QGN8.jpeg?X-Amz-Algorithm=AWS4-HMAC-SHA256&X-Amz-Credential=YCAJEsyjwo6hiq7G6SgeBEL-l%2F20250103%2Fru-central1%2Fs3%2Faws4_request&X-Amz-Date=20250103T110153Z&X-Amz-Expires=3600&X-Amz-SignedHeaders=host&X-Amz-Signature=365a144fa680b489fc33d95d1a53998c5e1fde0480b419e7f6d9ff42fe75e43f", "width": 519}}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Помяловский родился в Санкт-Петербурге в 1835 году. Его отец Герасим Никитич Помяловский (1804—1851), был дьяконом в Восточной православной церкви в Малой Охте, деревне на берегу Невы, напротив Санкт-Петербурга. Помяловский учился в Александро-Невском духовном училище (1843-51), где начались его пожизненные проблемы с алкоголизмом, и в Санкт-Петербургской духовной академии (1851-1857). Его работа \""}, {"type": "string", "attributes": {"italic": true}, "string": "Семинарские очерки"}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": "\" - это душераздирающее описание его лет в этих школах. Несмотря на то, что он был талантливым учеником, он закончил школу предпоследним в своем классе и не был рекомендован для дьяконства."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Его мать — Екатерина Алексеевна, при Малоохтинской кладбищенской церкви в Петербурге. Когда на 47-м году от рождения от чахотки скончался отец, в семье было восемь детей: шесть сыновей и две дочери."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Отец Помяловского был сыном священника, отличался грамотностью и отличным знанием церковной службы, несмотря на то, что его исключили из философского отделения семинарии; поведения был «скромного» и имел добродушный и миролюбивый характер; детей воспитывал незлобивыми внушениями и советами, благодаря чему Николай рос самостоятельным в своих поступках и мыслях. Среди первых товарищей его детства были охтинские рыбаки — тонщики, с которыми он проводил много времени, часто ведя с ними долгие беседы."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В семье маленький Николай отличался своими способностями к изобретательству так, что семья гордилась им: сегодня он запускает воздушного змея с трещотками и диковинными приспособлениями, завтра ловит птиц тенётами собственного изготовления, потом кораблик сделает, а вслед за ним удочку с особенным хлыстом. Наряду с детскими забавами, он старался по мере сил нести бремя всяких житейских забот: когда требовалось, то нянчил маленького брата, водил лошадь на водопой, помогал отцу по хозяйству и даже пел с ним на клиросе. Изучил все окрестные ручьи и овраги, помнил многие надписи на крестах и плитах Малоохтинского православного кладбища, которое, с его невесёлыми картинами, оказывало на бойкого и смышлёного мальчика немалое влияние. Вследствие таких впечатлений со временем выработался его мрачно-скептический характер, которым Николай наделил героя своей повести «Молотов», художника Михаила Михайлыча Череванина, дав ему и соответствующее прозвище: "}, {"type": "string", "attributes": {"italic": true}, "string": "«Тёмное кладбищенство» "}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": "."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Отец сначала сам учил Николая чтению и письму, а потом, будучи человеком небогатым, отдал в «грошовую» школу на Охте, где Николай пробыл четыре месяца и вернулся домой, поскольку учиться дольше там было нечему."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "Духовное училище и семинария"}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Затем отец, как духовная особа, по традиции записал 8-летнего сына на учёбу и проживание на казённый счёт в Александро-Невское духовное училище — «бурсу», где уже учились два его брата. Мальчик был определён во второй приходский класс «долбить начатки и грамматику». После поступления ученики принялись было «шлифовать» впечатлительного и доверчивого маленького кандидата в бурсаки, но под защиту его взял один из тамошних «силачей», друг его старшего брата, а с годами Помяловский и сам уже стал «отпетым» силачом. Однако защита от учеников не работала против преподавателей и прочего семинарского начальства, которые в те годы широко практиковали телесные наказания. В условиях «нравственного безначалия» и физического насилия Николай стал учиться плохо и в следующем классе просидел четыре года вместо двух."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Всего в училище Помяловский провёл восемь лет, до 1851 года. Быт и нравы училища он впоследствии отобразил в своих знаменитых «Очерках бурсы», где себя вывел в образе бурсака по кличке Карась. О своих первых впечатлениях в новой обстановке писатель подробно повествует в четвёртом очерке — «Бегуны и спасённые бурсы»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "По его собственным подсчётам, в бурсе его выпороли четыреста раз, кроме того, он почти каждый день стоял на коленях, часто бывал оставлен без обеда и подвергался другим наказаниям от учителей и начальства. Постепенно мальчик свыкся с поркой, коленей не жалел, но не мог переносить такого наказания, как неувольнение в город; от всего этого бурсу он возненавидел всей душой. Тем не менее, училище он окончил с хорошим аттестатом: способности — «очень хорошие», поведение «похвальное», прилежание «постоянное», по закону Божию, священной истории и арифметике «очень хорошо», по нотному пению и географии «хорошо», по латинскому и греческому языкам «очень хорошо»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Затем Помяловский перешёл в Петербургскую духовную семинарию «словарём», то есть учеником низшего класса. Условия обучения отличались в выгодную сторону: одевали и кормили лучше, а пороли только в крайних случаях. В семинарии он учился 6 лет, относясь к учёбе спустя рукава по принципу «вечный нуль», но в то же время увлечённо читая под партой всё подряд, что контрабандой попадалось в бурсе — от «сонника или песенника до романов Воскресенского включительно»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В старшем, богословском, классе Николай был одним из редакторов рукописного журнала «Семинарский листок», издаваемого самими учащимися. Всего вышло 7 выпусков; много материалов в них принадлежало перу Помяловского. Так, в 1-м выпуске под псевдонимом «Тамбовский Семинарист» он поместил большую статью «Попытка решить нерешенный и притом философский вопрос: имеют ли животные душу?», а в последнем, 7-м выпуске был опубликован его рассказ из семинарской жизни «Махилов», произведший на сотоварищей большое впечатление: они поняли, что автор обладает недюжинными творческими силами. Причиной остановки выпуска «Листка» явились действия начальства, которое стало бороться с «вольностями» и исключило восемь наиболее ярких и предприимчивых семинаристов. Среди оставшихся наступила апатия, подаваемых материалов стало не хватать и, несмотря на все усилия Помяловского, издание «Листка» прекратилось."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Начальство считало бурсака Помяловского дураком и негодяем, поэтому преподаватель гомилетики был очень удивлён, когда перед окончанием курса из уст учащихся услышал противоположное мнение; в свою очередь сам Помяловский, узнав мнение о себе начальства через этого преподавателя, был уязвлён, засел за предмет и его сочинение по гомилетике оказалось лучшим в классе; следующее сочинение, вдвое большее по объёму, вышло ещё лучше. Учитель обещал записать Николая в первый разряд, тот начал учиться на отлично, но вскоре сорвался и в журнале против его фамилии вновь пошли нули. Окончил курс Помяловский в 1857 году, по второму разряду, предпоследним в учебных списках и с плохим аттестатом."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "После семинарии"}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "По окончании учёбы он поселился у матери на Охте, и в ожидании места постоянной работы читал с дьячками по покойникам, пел в церкви, давал частные уроки, ездил с причтом на Рождество и Пасху славить Христа. В крайних случаях безденежья даже просто переписывал бумаги, чтобы хоть что-то заработать. В то же время занимался самообразованием, во множестве прочитывал разнообразные книги, следил за журналами, увлёкся педагогикой. Больше всего помог Помяловскому в выработке мировоззрения журнал «Современник», особенно статьи Добролюбова и Чернышевского. Интересуясь вопросами воспитания, обратил внимание на своего младшего брата и, категорически не желая отдавать его в бурсу, занимался с ним сам по шесть часов в день более года. Написал ряд педагогических статей и очерков, а один из них — «психологический очерк» о мальчике с необычным именем и внешностью и методах его обучения — «Вукол» — напечатал в 1859 году в «Журнале для воспитания» под псевдонимом Герасимов. Издатель-редактор, педагог А. А. Чумиков оценил очерк и приглашал автора стать сотрудником журнала; также он настоятельно советовал Помяловскому продолжить обучение в университете. В этот же журнал Чумикову в 1860 году Помяловский во время безденежья отдал рассказ «Долбня», написанный вслед за «Данилушкой» в 1859 году."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Среди неопубликованного были наброски статей «Человек подражательный», «Человек без аттестата» и «Дневник девицы», вошедшие потом в повесть «Молотов» и частью в роман «Брат и сестра»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "После окончания семинарского курса прошло уже два года, а Помяловский продолжал оставаться «без места»; родные, считавшие его литературные упражнения делом второстепенным и малозначимым, уговаривали его принять посвящение и начать служение церкви хотя бы в сане дьякона, для чего нашли невесту, закреплённую за дьяконским местом, но она отказала, прослышав, что жених попивает; к другой невесте в Царском Селе он сам не доехал на смотрины, сбежав на полдороге, так что родственники от него отступились, да и сам он постепенно охладел к церковному поприщу, считая, что не имеет сил и призвания быть «честным» священником или дьяконом."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "Университет и педагогическая деятельность"}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Помимо редактора «Журнала для воспитания» Чумикова, поступить в Санкт-Петербургский университет советовали Николаю все родственники и знакомые. Прикинув, что в свои 24 года на обучение в университете по полной программе ему придётся потратить ещё 5 лет, он в 1860—1861 годах посещал его в качестве вольнослушателя, без подготовки и сдачи вступительных и выпускных экзаменов. Первая же прослушанная им лекция произвела на него неизгладимое впечатление, новая наука и свободное университетское общение вступили в противоречие со старыми бурсацкими догмами и философскими началами, и началась тяжёлая внутренняя работа по переосмыслению едва ли не всего, что составляло его прежние знания и убеждения. Знавшие его люди отмечали, что в период посещения университетских занятий Помяловский похудел и ослабел, ходил «как полупомешанный», но успешно вынес это умственное и нравственное испытание, после чего на многие вещи стал смотреть критически, не преклонялся уже перед авторитетами, вглядывался в жизнь, стараясь отличать фальшь от истины."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Одновременно он с увлечением работал преподавателем в воскресной школе, мечтал об издании листка воскресных школ. Воскресная школа располагалась на Шлиссельбургской дороге, в ней было до 70 педагогов и около 800 учеников; Помяловский вместе с компанией своих студентов-приятелей стал трудиться там с октября 1860 года. На одном из педагогических собраний он прочёл составленный им проект, посвящённый теме обязанности преподавателей, устройстве школы и её будущего. При обучении детей грамоте он использовал звуковой метод педагога В. А. Золотова. Благодаря оригинальности и яркости преподавания Помяловский стал популярным не только среди преподавателей, но и среди широких кругов интеллигентных людей: многие стали посещать школу, чтобы послушать его беседы."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Оригинальные идеи и способ преподавания привлекли внимание также и попечителя данного учебного округа и тот посоветовал Помяловскому познакомиться с инспектором Смольного института благородных девиц Ушинским, чтобы занять там место учителя младшего класса. Николай Герасимович последовал совету и прочёл ученицам три пробные лекции. Первая лекция прошла успешно, но в последующем он разошёлся во взглядах на преподавание с педагогами института: так, он хотел, чтобы ученицы усваивали материал со слов учителя, а не зубрили урок из книжки слово в слово и «от сих до сих», как это практиковалось в бурсе. Поэтому продолжать лекции больше не стал, несмотря на обещанную хорошую оплату уроков и на то, что в то время очень нуждался в деньгах: «Даром что ли буду я деньги брать? — говорил он: — Совесть заест.» "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "Признание"}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В 1861 году журнал «Современник» опубликовал повести «Мещанское счастье» и «Молотов». Первая появилась в феврале 1861 года и имела успех: автора просили стать сотрудником журнала, он познакомился с Чернышевским и другими членами редакции. Гонорар составил значительную сумму и на радостях Помяловский закутил с приятелями так, что получил белую горячку и попал в Обуховскую больницу. Выздоровление шло быстро, но продержали его там около месяца, вследствие чего вторую повесть он начал писать в больничной палате. Были решены финансовые проблемы: с этого времени автор стал получать от редакции «Современника» определённое содержание и не испытывал более нужду в деньгах."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Выйдя из больницы, Помяловский продолжил работу над «Молотовым», стараясь успеть к намеченному сроку. Что-то из ранее составленного плана пришлось выбросить, что-то сократить; на последних страницах заметна поспешность. Тем не менее, повесть вышла в срок в октябрьском номере за 1861 год и произвела на читателей глубокое впечатление: отныне автор занял равное место в ряду с лучшими беллетристами Российской Империи. Редакции различных журналов стали приглашать Николая Герасимовича к сотрудничеству, появился обширный круг новых знакомств, довелось ему посетить и некоторые великосветские гостиные. Впрочем, как «кровный плебей» по натуре и разночинец по положению, он барства не жаловал и открыто об этом говорил; даже в театры почти не ходил, потому что «там сидеть надо прилично да на плешивых генералов глядеть»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Всё чаще Помяловский стал задумываться о том, чтобы «продать бурсу». По выходе из семинарии он уже пробовал эту тему, начав писать рассказ «Данилушка», но потом надолго отложил эту работу, боясь разбередить в душе старые раны. По сообщению Н. А. Благовещенского многие мысли из «Данилушки» приписаны Череванину и ряд эпизодов вошёл в повесть «Молотов» буквально."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Впоследствии редакция журнала «Век» попросила у него какие-нибудь статьи и он написал очерк «Зимний вечер в бурсе», решив более к этой теме не возвращаться. Очерк опубликовал журнал «Время» в 1862 году. Это произведение было замечено, произвело впечатление у читающей публики и вызвало различные толки, поэтому Помяловский продолжил работу, поместив следующие три очерка в 1862—1863 гг. в журнале «Современник»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Постепенно характер писателя портился, он приобрёл сомнительные знакомства в низших слоях населения тогдашнего Петербурга, стал кутить и пропадать неизвестно где. Тяжёлое впечатление на него произвели политические репрессии в литературной среде: закрытие журнала «Современник» на восемь месяцев в 1862 году и арест Чернышевского. Бурса развила в нём потребность «в минуту жизни трудную» топить своё горе в вине. Впрочем, сам он указывает на зарождение этой потребности ещё до бурсы… Выйдя из неё, Помяловский падал в этом отношении все ниже и ниже, отдаваясь своему пороку целыми неделями и месяцами, а под конец жизни страсть к вину приняла в нём невероятные размеры. В самых грязных трущобах, на Сенной, отыскивал он каких-то приятелей и целые недели проводил с ними в оргиях и бесшабашном кутеже. <…> своей страсти он боялся. «Это болезнь, — говорил он, — страшная болезнь, которая медленно разлагает человека и даже доводит до подлости — я этого больше всего трушу» …»"}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Но и в таких условиях он наблюдал за своими собутыльниками, старался изучать их с психологической точки зрения, выпытывал у них прошлое. Эти наблюдения вошли в роман «Брат и сестра». Жажда творчества противостояла пагубной страсти, и писатель делал попытки выбраться из круга: как-то раз уговорил одного из медицинских студентов, ухаживавшего за ним, летом отправиться с ним и его братом Владимиром в село Ивановское в 30 верстах от Петербурга. Поселились они в обычной крестьянской избе. Писатель приободрился, оправился от вина и принялся за работу. Написал четвёртый очерк о бурсе, начал «Поречан» и так трудился более месяца. Но в середине лета он поехал в город за деньгами, там встретился с прежними приятелями и выпивки возобновились."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "Болезнь и кончина"}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В сентябре 1863 года у Помяловского случился сильный припадок белой горячки, который длился несколько дней. Под влиянием галлюцинаций писатель стал готовиться к уходу из жизни, просил яду, собрал свои бумаги с сочинениями и написал завещание. Однако после припадка он вернулся к жизни, почувствовал себя здоровым, уничтожил завещание и сел заканчивать «Поречан», обещанных «Русскому слову». В планах его был и роман «Каникулы, или Гражданский брак», сцены из которого он в красках рассказывал ранее своему другу со времён семинарии Николаю Благовещенскому и медицинским студентам."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "На следующий день у Помяловского открылась опухоль в ноге, он пошёл в баню и приказал цирюльнику поставить на больное место пиявок, что было сделано неумело и на больном месте образовался нарыв. Сначала Помяловский не обратил на это внимания, но вскоре из-за боли был вынужден слечь в постель. 3 октября 1863 года его почти насильно отвезли в клинику Медико-Хирургической Академии, где на следующий день профессор Наранович вскрыл нарыв и окружающие, среди которых находился и Николай Благовещенский, увидели гангрену; Николай Герасимович был в сознании и сохранял спокойствие. Ночью 5 октября он впал в беспамятство и скончался в 2 ч. 25 мин. пополудни на 29-м году жизни."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "На похороны, достойные писателя, у его матери денег не было; она сообщила Некрасову и тот собрал необходимую сумму. Помяловского похоронили на православном кладбище Малой Охты, недалеко от алтаря церкви, где служил его отец; кладбище уничтожили в конце 1930-х годов. Церковь тогда уцелела, сохранялась до середины 1960-х годов и была снесена при расширении Малоохтинского проспекта. В 1944 году прах и памятник Н. Г. Помяловского были перенесены на Литераторские мостки."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Трагический уход писателя сразу же вызвал повышенный интерес к его творчеству. Редакции журналов стали издавать неоконченные произведения: уже в 10-й книжке «Современника» за 1863 год появился отрывок из романа «Брат и сестра» — «Андрей Фёдорович Чебанов», в 11-й книге за тот же год — пятый неоконченный очерк цикла о бурсе — «Переходное время бурсы», в «Русском слове» в 10-й книжке за 1863 год опубликовали «Поречан», а на следующий год в 5-й книге «Современник» поместил ранний рассказ «Махилов», впервые появившийся в 7-м выпуске рукописного журнала «Семинарский листок» в 1855 году, и роман «Брат и сестра». Начиная с 1865 года и по 1913 год периодически выходили собрания сочинений Помяловского; широко было отмечено пятидесятилетие со дня кончины и, в связи с истечением прав собственности на произведения, вышло сразу несколько их изданий. Улица в Санкт-Петербурге, где жил писатель, названа его именем."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Творчество"}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Мировоззрение писателя складывалось под влиянием «революционных демократов», в частности Н. Г. Чернышевского. Для Помяловского характерно резко отрицательное отношение к дворянской культуре в целом, отвращение к «буржуазному накопительству». Герой Помяловского — плебей, разночинец, борющийся за своё место в жизни, ненавидящий барство, безделье, либеральную болтовню; однако классовое самосознание, чувство собственного достоинства не избавляют его от капитуляции перед действительностью. В «Очерках бурсы» Помяловский остро поставил проблему воспитания, с большим критическим пафосом заклеймил бездушие, применение телесных наказаний, консерватизм — черты, характерные не только для духовных учебных заведений, но и для всей русской жизни. Помяловский — убеждённый реалист, продолжатель традиций Н. В. Гоголя, мастерски и очень талантливо владеет русским языком, создав поистине незабываемые речевые конструкции и обороты, что ставит его (пусть даже эстетически) в ряд первостепенных российских писателей, вероятно, до сих пор ещё не оцененных в полной мере."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Интересные факты"}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "1) Среди статей, написанных семинаристом Помяловским для «Семинарского листка» была большая заметка «Попытка решить нерешенный и притом философский вопрос: имеют ли животные душу?»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "2) «Очерки бурсы» служат уникальным источником школьного фольклора XIXвека."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "3) Считается, что благодаря Николаю Помяловскому в русском языке появилось выражение «кисейная барышня». Если быть точным, в повести Помяловского «Мещанское счастье» употребляется выражение «кисейная девушка». Внимание к этому выражению и соответствующему образу привлек Дмитрий Писарев, опубликовав в 1865 году очерк «Роман кисейной девушки» о произведении Помяловского. В том же году впервые появилось выражение «кисейная барышня» – в статье «Женское безделье» публициста Николая Шелгунова."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "4) Помяловский работал над несколькими произведениями, которые не успел окончить: романом «Брат и сестра», повестью «Поречане», романом «Гражданский брак». Фрагменты их были опубликованы после его смерти."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "5) В 1990 году режиссер Михаил Ведышев снял по очеркам Помяловского фильм «Бурса»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "6) Автор таких фразеологизмов, как "}, {"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "«Что ты плачешь, как кисейная барышня» "}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": " или "}, {"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "«Ну что ты расклеился, как кисейная барышня» "}], "attributes": []}], "selectedRange": [20211, 20211]}