Был бы человек, а статья найдётся. Как судили Игоря Стрелкова

{"document": [{"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Здравия желаю всем русским патриотам, особенно участникам СВО, а также заблуждающимся относительно целей и характера спецоперации. Сразу скажу, за подобную операцию ратовал с момента госпереворота на Украине. Когда же послушная пресса талдычила: Минским соглашениям нет альтернативы — изумлялся её глупости и недальновидности. Как только первый снаряд со стороны незалэжной упал на территорию Донбасса, вот уже тогда надо было идти на Киев с огнём и мечом. Ждать когда укро-нацистам доставят западное вооружение было, по крайней мере, недальновидно. Но за все эти «косяки» так никто и не ответил."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Теперь об Игоре Стрелкове. Отмечу, что его настроения, иной раз алармистские, по характеру проведения операции на Украине не разделяю. Думаю, что случись нечто подобное во время правления отца народов, тот бы расстрелял Игоря Ивановича незамедлительно. Сталин в таких случаях долго не церемонился даже со своими соратниками. Однако мы сейчас не будем гадать как бы отнеслись власти прошлого к статьям И. Стрелкова. Наше дело разобрать, правомерно ли суд отправил патриота России под арест. Просто анализ специалиста по уголовным делам."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Как сообщила Фонтанка. ру, И. Стрелкову (Гиркину) вменяется экстремистская деятельность, а ведение следствия по уголовному делу засекречено. Впрочем, на данном этапе предварительного расследования нам эти сведения и не понадобятся. Дело в том, что суд, при избрании меры пресечения, не вправе входить в обсуждение виновности обвиняемого. Из сообщений прессы следует, что как раз суд первой инстанции этим только и занимался. Как отметил Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий»: «Право на свободу является основополагающим правом человека». Исходя из данного постулата, Верховный Суд РФ разъяснил, что арест является исключительной мерой и возможен только при наличии оснований, содержащихся в ст. 97 УПК РФ, когда обвиняемый, подозреваемый:"}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "скроется от дознания, предварительного следствия или суда;"}], "attributes": ["numberList", "number"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "может продолжать заниматься преступной деятельностью; "}], "attributes": ["numberList", "number"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу."}], "attributes": ["numberList", "number"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Кто-нибудь реально верит в то, что товарищ полковник ФСБ РФ в запасе, находящийся в розыске по ордеру Международного уголовного суда, скроется от следствия и суда? Понятно, что в России и странах СНГ Игорю Ивановичу также где-то прятаться не имеет смысла. Последние его тут же выдадут со всеми потрохами. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Касаемо продолжения преступной деятельности. При домашнем аресте или без него суд может запретить пользоваться обвиняемому Интернетом. Вот вам и конец всей преступной деятельности. Достаточно быть первоклассником в обычной школе, чтобы понять такое простое действие. Здесь же, следователь по особо важным делам ФСБ, а затем и суд утверждают обратное."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Наконец, основание, указанное в пункте третьем. Наверное, товарищ Стрелков, по мысли следствия, будет угрожать сети Телеграмм, чтобы администраторы что-то там «нахимичили». При этом, последние не являются участниками уголовного производства."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Правоведение обычно не терпит домыслов и сослагательного наклонения. Даже при «может скрыться...», необходимо подтвердить такой вывод объективными фактами, а не просто умозаключением. Но предположим, что факты имеются по всем трём пунктам статьи 97 УПК РФ. Мы ведь не знаем всех нюансов, а следствие «секретное». Но и в этом случае судебная правоприменительная практика на стороне Игоря Ивановича."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Верховный Суд отметил: «Судам следует иметь в виду, что наличие таких данных еще не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу. Решая вопрос об избрании меры пресечения и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Суд же первой инстанции поступает с точностью наоборот. И дело здесь не в уме, квалификации, знании судебной практики. Глупо даже предположить, что судья по уголовным делам не знает рассматриваемого постановления Пленума. Да у него, небось, тысячи рассмотренных дел по избранию меры пресечения. Думаю, что «заказ» на Стрелкова поступил из самых высших эшелонов власти по всем известному принципу Андрея Вышинского»: «Был бы человек, а статья найдётся»."}], "attributes": []}], "selectedRange": [596, 596]}