И чего только бабам надо? Чего им, как людям, не живётся? То детей рожают, то деньги подавай, то ремонт сделай! Не в этом же счастье! Нет в этом материализме никакого смысла! Суета сует и томление духа. А как хорошо собраться, выпить, на гармошке поиграть, песни попеть! Если не веселиться, то зачем жить? Никакой же радости. Одна тоска. На работе, дома, всё – одно и то же. Должен, должен...
Хорошо, что друг у меня есть, Генка. Во всём меня поддерживает. Недавно на помойке сборник Есенина нашел, так мы с ним сейчас романсы разучиваем. Два уже осилили: «Клён ты мой опавший» и «Отговорила роща золотая». Сейчас третий осваиваем – «Не жалею, не зову, не плачу». Вот Есенин – мужик был! Сразу видно, из наших.
Как-то с нами случай произошёл. Сидим, как обычно, на бережке, поём. Вдруг вижу: баба от реки поднимается с ведрами. Да не простая, а – корова. Выше пояса – баба, всё, как положено: руки, груди, голова в косынке. А ниже пояса – корова пятнистая с копытами.
Я Генку спрашиваю:
– Видишь?
А он:
– Кого?
Я говорю:
– Бабу-Корову.
Он отвечает:
– Вижу!
Испугался я и давай бежать, Генка за мной. Бегу и думаю: «Бывало, что в наших местах русалок видели, но, чтобы Бабу-Корову – в первый раз». Тут я споткнулся и полетел с пригорка, да так сильно, что понесло меня, даже через голову кувыркнуло, чуть шею не сломал. Рухнул, ногу подвернул, лежу, стону.
Генка подбегает, глаза дикие. Кричит:
– Ты как? Живой? А чего побежал то?
– Так испугался – говорю.
– Кого?
– Так Бабу-Корову.
– А чего её бояться? Не узнал, что ли? Это же Зинка из Три Калитки.
– Какая Зинка?
– Ну та, что в прошлую зиму под лёд провалилась.
– Зинку то я знаю, только ведь – Корова.
– И корова Зинкина, я у них молоко покупаю.
– Ты чего тупишь то? Она же – кентавр!
– Чего?
– Кентавр. Сверху баба, снизу корова.
– Ну, да?! Не заметил.
– Так я же тебя спрашивал: видишь?
– Ну, я и ответил: вижу! И Зинку видел и корову.
–…, …, … – только и смог я сказать.
Поднялся еле-еле, доплёлся до дома. Жена увидела, в каком я состоянии, и давай орать. Психанул, зашёл к соседу, Кузьмичу. Рассказал ему всё, как было. Выпили, как водится, а он говорит:
– Так и знай, это кентавриха была, даже не сомневайся. У нас село как называется? Оладино. А почему, знаешь?
– От оладий, наверно.
– Сам ты – оладий! Оно от Эллады, Греции то есть. Старики рассказывали, что село наше греки основали. Потому нам греческие оборотни и являются. Сирены всякие, кентавры, с крыльями, не помню, как называются. В прошлом году со мной случай был. Уехал я на вахту. Возвращаюсь. А у меня во дворе два козлоногих мужика дрова пилят. Тоже сверху мужики, а снизу – козлы. По-гречески – паны.
– Так паны – это по-польски!
– По-польски – это другие. А эти, как козлы с копытами, только рогов не было. А может, были, не помню. Так вот пилят они и скалятся, а из дома баба моя выглядывает, полуголая. Я так и обомлел, ноги подкосились, рухнул от неожиданности. В поезде мы с товарищами всю дорогу квасили, так что не устоял. Да неудачно, прямо на вилы, они снегом припорошены были. Лежу я на этих вилах, матюгаюсь.
– А дальше что?
– Оборотни скрылись, а жена прибежала и давай оправдываться, что мол кругляк по дешёвке привезли, она и попросила шабашников напилить. Шалава! Я же всё своими глазами видел! Как она голая перед этими козлами. Если бы не вилы, огребла бы по полной.
– А сам-то как?
– Лечиться пришлось, даже фельдшера на дом вызывали. Так что не сомневайся, и ты Бабу-Корову видел. Может, в церковь сходить, попросить попа освятить чего-нибудь? Как этих бесов языческих отвадить? Ведь житья от них скоро совсем не будет!
Оригинальные картины, вдохновившие на рассказ, здесь.
Да это что. Мы когда со свояком сидя на бережку бухаем и не то привидится.Один раз видели Бабу - Кобылу.Зрелище, я вам доложу, не приведи Господь.Здоровенная такая и без лифчика.Я бы даже сказал, что и сверху корова.Тоже что ли про это рассказ написать. А что .
Комментарии 35