3
Земная любовь Святого Луки - часть 2 (окончание) | Паблико
123 подписчики

Земная любовь Святого Луки - часть 2 (окончание)


25 сен 2023 · 13:57    



Анна Ланская - супруга будущего святителя Луки


В своей автобиографической книге «Я полюбил страдание» Святитель Лука своей семейной жизни отдал всего одну главу. Но какая это глава! В нескольких предложениях целая жизнь! Здесь и курьёзные случаи, и драматические моменты, и характеры, и радость, и боль.

15 лет – в сельских больницах. Операционная без электричества. Плановые операции старался делать при дневном свете. Три больших окна в операционной, деревянный стол и никаких антибиотиков! Тогда эти лекарства, ещё в большом дефиците.

Я приехал в деревенскую школу для осмотра детей. Занятия уже кончились. Неожиданно в класс вбежала девочка. Она несла на руках маленького ребёнка. Ребёнок задыхался. Он поперхнулся маленьким кусочком сахара, попавшим в гортань. У меня в кармане был только перочинный ножик, немного ваты и немного раствора сулемы (тогдашнее антисептическое средство) Тем не менее я решился на срочную трахеотомию. Крепко спеленал ребёнка и положил его себе на колени. Попросил учительницу ассистировать мне, но она в страхе выбежала из класса. Немного храбрее оказалась старуха-уборщица, но и она оставила меня одного, когда я приступил к операции. Трахеотомия прошла, как нельзя лучше. Вместо трахеотомической трубки я ввёл в трахею гусиное перо, заранее приготовленное старухой. 

Или вот ещё выдержка из книги, характеризующая жизнь сельского врача в России начала 20 века:

Чрезмерная слава сделала моё положение невыносимым. Мне приходилось принимать амбулаторных больных во множестве и оперировать с 9 часов утра и до позднего вечера. Разъезжать по довольно большому участку, а по ночам исследовать под микроскопом, то, что вырезал при операциях. Да ещё делать рисунки для моих научных статей. И скоро не стало хватать для этой огромной работы и моих молодых сил.



В земской больнице. Операционная. Валентин Феликсович слева


Жена Анна, конечно помогала мужу пока не появились дети. 

Родился мой первенец – сын Миша. А в следующем году моя дочь Елена. Должность акушерки мне пришлось исполнить самому.

С рождением третьего сына Алёши связано небольшое приключение. 

Близилось время родов. Но я всё же решился ехать на заседание Санитарного Совета в районный центр. Надеялся скоро вернуться. Не дожидаясь конца заседания, я поскорее пошёл к железнодорожной станции. Увидел поезд и прибавил шагу. Не успев взять даже билет, я сел в вагон. Поезд стал набирать ход, и тут по разговору пассажиров я понял, что сел совсем не в свой поезд! Хоть я и сошёл на первой же остановке, но пришлось мне долго добираться до дома. Но Бог помог мне, и дома я нашёл новорожденного сына. Жене помогла женщина-врач, случайно заехавшая к нам после Санитарного Совета.

Так они и жили - не богато, работали, недосыпали, растили детей, а потом произошло вот что:

По весне приехала к нам погостить сестра Анны, только что похоронившая свою молоденькую дочь, которая умерла от скоротечной чехотки (туберкулёза). На беду, она привезла с собой ватное одеяло, под которым лежала её больная дочь. Я говорил своей Ане, что в одеяле привезена к нам смерть. Но Аня не хотела обижать сестру. Сестра Ани прожила у нас всего две недели. А вскоре после её отъезда я обнаружил у Ани явные признаки туберкулёза лёгких.

Валентин Феликсович очень старался спасти жену. Перевёз семью в Ташкент. Сухой тёплый климат и удобная квартира из 5-ти комнат. 

 Она горела в лихорадке, совсем потеряла сон и очень мучилась. Последние 12 ночей я сидел у её смертного одра. Днём – работа в больнице. А ночью умирающая жена. В соседних комнатах спали наши дети – 3 сына и дочка. Старшему - 12, младшему – 6.

Его избрали главным врачом Ташкентской городской больницы. Представьте себе, уважаемый читатель, что тогда на должность главного врача не назначали, а выбирали!

Но болезнь прогрессировала. И наступила эта последняя страшная ночь. 

Анна горела в лихорадке. Чтобы облегчить ей страдания я впрыснул ей шприц морфия. Она затихла на 20 минут. Потом просит – «Впрысни ещё». Через пол часа это повторилось, и в течении 3-х часов я много впрыснул ей шприцов, и много превысил допустимую дозировку. Но отравляющего действия не было. Вдруг Аня села на кровати и сказала: «Позови детей». Пришли дети и она перекрестила их, а целовать не стала – боялась заразить. Потом она легла и лежала спокойно с закрытыми глазами. Лихорадки не было. Дыхание становилось всё реже и реже. Так она и отошла. 

Гроб был мною приготовлен заранее. Я уже не сомневался в исходе болезни. Аня умерла 38-ми лет от роду. Две ночи я сам читал над гробом Псалтирь.

Тогда он увидел для себя выход, - монашество. И решение было принято сразу, но дети…

Заботу о детях будущего священника, а позже епископа приняла медицинская сестра – Софья Велецкая – молодая бездетная вдова.

Время было тогда тяжёлое для всех. Валентин Феликсович мог оказывать только материальную помощь, так как после принятия сана 11 лет провёл в тюрьмах и ссылках. Вместе с тысячами других умных и талантливых людей, виновных лишь в том, что имели смелость на своё суждение о жизни. И самое горькое, что мы до сих пор не признали сей факт до конца.

Несмотря на политическую судимость, научные работы хирурга издавались не только в России, но и за рубежом. Была даже присуждена первая Сталинская премия.

А ещё великую силу имела его молитва. 

Дети.

Все дети и даже внуки профессора Войно-Ясенецкого стали врачами и учёными.

Сыновья Михаил, Алексей и младший сын – Валентин стали докторами медицины.

Дочь Елена работала врачом –эпидемиологом.

Внук Владимир Лисичкин стал инициатором процесса реабилитации деда и автором книги о нём. Книга называется «Лука, врач возлюбленный» 

Всем спасибо за внимание!



Анна Ланская - супруга будущего святителя Луки


В своей автобиографической книге «Я полюбил страдание» Святитель Лука своей семейной жизни отдал всего одну главу. Но какая это глава! В нескольких предложениях целая жизнь! Здесь и курьёзные случаи, и драматические моменты, и характеры, и радость, и боль.

15 лет – в сельских больницах. Операционная без электричества. Плановые операции старался делать при дневном свете. Три больших окна в операционной, деревянный стол и никаких антибиотиков! Тогда эти лекарства, ещё в большом дефиците.

Я приехал в деревенскую школу для осмотра детей. Занятия уже кончились. Неожиданно в класс вбежала девочка. Она несла на руках маленького ребёнка. Ребёнок задыхался. Он поперхнулся маленьким кусочком сахара, попавшим в гортань. У меня в кармане был только перочинный ножик, немного ваты и немного раствора сулемы (тогдашнее антисептическое средство) Тем не менее я решился на срочную трахеотомию. Крепко спеленал ребёнка и положил его себе на колени. Попросил учительницу ассистировать мне, но она в страхе выбежала из класса. Немного храбрее оказалась старуха-уборщица, но и она оставила меня одного, когда я приступил к операции. Трахеотомия прошла, как нельзя лучше. Вместо трахеотомической трубки я ввёл в трахею гусиное перо, заранее приготовленное старухой. 

Или вот ещё выдержка из книги, характеризующая жизнь сельского врача в России начала 20 века:

Чрезмерная слава сделала моё положение невыносимым. Мне приходилось принимать амбулаторных больных во множестве и оперировать с 9 часов утра и до позднего вечера. Разъезжать по довольно большому участку, а по ночам исследовать под микроскопом, то, что вырезал при операциях. Да ещё делать рисунки для моих научных статей. И скоро не стало хватать для этой огромной работы и моих молодых сил.



В земской больнице. Операционная. Валентин Феликсович слева


Жена Анна, конечно помогала мужу пока не появились дети. 

Родился мой первенец – сын Миша. А в следующем году моя дочь Елена. Должность акушерки мне пришлось исполнить самому.

С рождением третьего сына Алёши связано небольшое приключение. 

Близилось время родов. Но я всё же решился ехать на заседание Санитарного Совета в районный центр. Надеялся скоро вернуться. Не дожидаясь конца заседания, я поскорее пошёл к железнодорожной станции. Увидел поезд и прибавил шагу. Не успев взять даже билет, я сел в вагон. Поезд стал набирать ход, и тут по разговору пассажиров я понял, что сел совсем не в свой поезд! Хоть я и сошёл на первой же остановке, но пришлось мне долго добираться до дома. Но Бог помог мне, и дома я нашёл новорожденного сына. Жене помогла женщина-врач, случайно заехавшая к нам после Санитарного Совета.

Так они и жили - не богато, работали, недосыпали, растили детей, а потом произошло вот что:

По весне приехала к нам погостить сестра Анны, только что похоронившая свою молоденькую дочь, которая умерла от скоротечной чехотки (туберкулёза). На беду, она привезла с собой ватное одеяло, под которым лежала её больная дочь. Я говорил своей Ане, что в одеяле привезена к нам смерть. Но Аня не хотела обижать сестру. Сестра Ани прожила у нас всего две недели. А вскоре после её отъезда я обнаружил у Ани явные признаки туберкулёза лёгких.

Валентин Феликсович очень старался спасти жену. Перевёз семью в Ташкент. Сухой тёплый климат и удобная квартира из 5-ти комнат. 

 Она горела в лихорадке, совсем потеряла сон и очень мучилась. Последние 12 ночей я сидел у её смертного одра. Днём – работа в больнице. А ночью умирающая жена. В соседних комнатах спали наши дети – 3 сына и дочка. Старшему - 12, младшему – 6.

Его избрали главным врачом Ташкентской городской больницы. Представьте себе, уважаемый читатель, что тогда на должность главного врача не назначали, а выбирали!

Но болезнь прогрессировала. И наступила эта последняя страшная ночь. 

Анна горела в лихорадке. Чтобы облегчить ей страдания я впрыснул ей шприц морфия. Она затихла на 20 минут. Потом просит – «Впрысни ещё». Через пол часа это повторилось, и в течении 3-х часов я много впрыснул ей шприцов, и много превысил допустимую дозировку. Но отравляющего действия не было. Вдруг Аня села на кровати и сказала: «Позови детей». Пришли дети и она перекрестила их, а целовать не стала – боялась заразить. Потом она легла и лежала спокойно с закрытыми глазами. Лихорадки не было. Дыхание становилось всё реже и реже. Так она и отошла. 

Гроб был мною приготовлен заранее. Я уже не сомневался в исходе болезни. Аня умерла 38-ми лет от роду. Две ночи я сам читал над гробом Псалтирь.

Тогда он увидел для себя выход, - монашество. И решение было принято сразу, но дети…

Заботу о детях будущего священника, а позже епископа приняла медицинская сестра – Софья Велецкая – молодая бездетная вдова.

Время было тогда тяжёлое для всех. Валентин Феликсович мог оказывать только материальную помощь, так как после принятия сана 11 лет провёл в тюрьмах и ссылках. Вместе с тысячами других умных и талантливых людей, виновных лишь в том, что имели смелость на своё суждение о жизни. И самое горькое, что мы до сих пор не признали сей факт до конца.

Несмотря на политическую судимость, научные работы хирурга издавались не только в России, но и за рубежом. Была даже присуждена первая Сталинская премия.

А ещё великую силу имела его молитва. 

Дети.

Все дети и даже внуки профессора Войно-Ясенецкого стали врачами и учёными.

Сыновья Михаил, Алексей и младший сын – Валентин стали докторами медицины.

Дочь Елена работала врачом –эпидемиологом.

Внук Владимир Лисичкин стал инициатором процесса реабилитации деда и автором книги о нём. Книга называется «Лука, врач возлюбленный» 

Всем спасибо за внимание!

Читайте также

Комментарии 42

Войдите для комментирования
■ С.З.Медведь 28 сен 2023 в 18:43
Какая трудная судьба.....
■ Этносы и Человек 28 сен 2023 в 19:06
Трудная...
■ Жизнь в движении 26 сен 2023 в 13:15
Жизнь тяжёлая, но нужная людям
■ Этносы и Человек 26 сен 2023 в 13:22
Совершенно верно!
как же так, знал про одеяло и не настоял ....
■ Этносы и Человек 26 сен 2023 в 12:27
Религиозные люди мыслят иначе. Многое воспринимают как знак - чему быть того не миновать
Развернуть комментарии
НОВОСТИ ПОИСК РЕКОМЕНД. НОВОЕ ЛУЧШЕЕ ПОДПИСКИ