28 фев 2024 · 11:05
{"document": [{"text": [{"type": "attachment", "attributes": {"caption": "Фото из открытых источников Сети", "presentation": "gallery"}, "attachment": {"caption": "", "contentType": "image/jpeg", "filename": "1660826261_8-hdpic-club-p-seiner-v-more-9.jpg", "filesize": 257327, "height": 873, "pic_id": 830679, "url": "https://storage.yandexcloud.net/pabliko.files/article_cloud_image/2024/02/28/1660826261_8-hdpic-club-p-seiner-v-more-9.jpeg", "width": 1246}}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Следующие десять дней подготовки сейнера к выходу в море пролетели незаметно, в трудах и заботах. А забот действительно было много. Нужно было довести «до ума» историю с электронными удочками. Специалисты датской фирмы трудились на борту в течение трёх дней безвылазно. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Моряки получали снабжение и готовили судно к предъявлению инспекторам Регистра судоходства для получения разрешения на выход в море. А вот с этим-то как раз и возникли самые большие проблемы. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Одним из требований надзорного органа была установка на сейнере станции СО-2, объёмного (углекислотного) пожаротушения машинного отделения. Станцию установили, коммуникации смонтировали, а вот денег на заправку баллонов углекислотой не дали! Выкручивайтесь, мол, как хотите. Что двигало действиями руководства фирмы, не понятно. В головах шкипера и Кондаурова не укладывалось, как так? На дорогостоящее электронное оборудование деньги нашлись, а на простую заправку баллонов нет! "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Ну, допустим, инспекторов Регистра экипаж обманет или уговорит. А что делать, если, не приведи господь, действительно придёт нужда использовать станцию. Чем тогда тушить пожар? Понимали ли это в офисе, или нет? Вопрос так и остался риторическим. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Проблему действительно решили. Обманом, и взяткой закрыли и другие возможные претензии, как-то, спасательные средства – вместо гидрокостюмов разрешили временно использовать спасательные жилеты. «Не заметили» инспектора и недокомплект обязательных регистровых зап. частей в машине."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Баллоны для углекислоты заполнили сжатым воздухом и на манометрах выставили нужное, по техническим характеристикам давление. Дело нехитрое. Только вот кого обманывали? Получается, что самих себя. Это осознавали все члены экипажа «Ветра», но деваться было некуда. Нужно было выходить в море, ловить рыбу и зарабатывать деньги. А поднимешь скандал, уволят и возьмут другого, более покладистого, но своего в любом случае добьются – сейнер всеми правдами и неправдами «выпихнут» в море."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Наконец, к выходу в море было всё готово. Инспекции Регистра предъявились. Замечаний по безопасности мореплавания и эксплуатации судовых механизмов выявлено не было. В офисе получили «наличку» на покупку продовольствия и на служебной «Газели» отправились по магазинам города и на рынок покупать продукты на рейс. Вечером всё купленное загрузили на борт, и команда была отпущена по домам до 08. 00 следующего утра. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Следующим утром, предъявившись дежурному капитану Мурманского Портнадзора и получили разрешение на выход. Тот же час «Ветер» отправился к причалу Севрыбхолодфлота для получения специального мелкого льда с установки льдогенератора. Морозильных камер на сейнере не было. Судно было предназначено для перевозки только охлаждённой рыбы. Поэтому и рейс в прибрежный район предполагался не более семи дней. Из такого же расчёта «Ветер» был снабжён и продуктами. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Лёд в единственный трюм грузили дружно, всей командой и в трюме раскидывали его лопатами по специальным выгородкам - «карманам» (выгороженные съёмными досками места в трюме). К 18. 00 мск всё было закончено и, отдав швартовные концы, сейнер направился на выход из Кольского залива. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Первый раз Кондауров выходил в море на сейнере. Мурманск «хмурился». Низкие тучи нависли гроздями над сопками Кольского залива и где-то вдали, в стороне выхода были видны косые полосы дождя, изливавшиеся из низко стелящихся дождевых облаков. Временами, через хмурые облака прорывались бледные лучи Солнца, переместившегося в западный сектор небосвода. Перед выходом в море, моряки через капитана Портнадзора получили сводку погоды. Неприятностей не ожидалось. Погода была вполне рабочей."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "attachment", "attributes": {"caption": "Фото из открытых источников Сети", "presentation": "gallery"}, "attachment": {"caption": "", "contentType": "image/jpeg", "filename": "307098.jpg", "filesize": 540803, "height": 985, "pic_id": 830687, "url": "https://storage.yandexcloud.net/pabliko.files/article_cloud_image/2024/02/28/307098.jpeg", "width": 1400}}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Сейчас все члены команды были на палубе. Разместились на крышке трюма с кружками чая в руках. Шкипер стоял за штурвалом сейнера. Дверь рубки была открыта, и всем своим видом он напоминал комбайнёра или тракториста из старых советских фильмов про деревню. Чем невольно вызывал колкие шутки моряков в свой адрес. Настроение у команды было с одной стороны приподнятое, - наконец-то вышли в море на настоящую работу, вырвались из цепких лап порта. С другой, - несколько тревожное. Дело предстояло незнакомое. Никто с электронными удочками до сих пор не работал. Как-то там сложится работа? Что ожидает рыбаков в море? Все эти вопросы явно беспокоили команду. Время от времени лица моряков принимали озабоченный вид. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В 21. 00 мск. вышли из залива, миновали входной буй в Кольский и направились вдоль побережья в сторону полуострова Рыбачий. Включили поисковый прибор НЭЛ-5р. Дааа, это была архаика! Последний раз такой прибор Кондауров видел ещё курсантом на кафедре ЭРНП (электрорадионавигационных приборов) училища. Он думал, что такие уже лет сто, как не используются на флоте. Ан, нет. Оказываются, есть ещё. И, главное, вот что удивительно, работают!"}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "attachment", "attributes": {"caption": "НЭЛ-5р - из открытых источников Сети", "presentation": "gallery"}, "attachment": {"caption": "", "contentType": "image/jpeg", "filename": "484.jpg", "filesize": 18460, "height": 316, "pic_id": 830688, "url": "https://storage.yandexcloud.net/pabliko.files/article_cloud_image/2024/02/28/484.jpeg", "width": 311}}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "И что самое интересное, - на сейнере был значительный запас электрохимической бумаги, вставляемой в самописец «поисковика». Где её достали, да ещё в таком количестве, так и осталось загадкой. Шкипер тоже не знал, где был тот склад бумаги. Он просто получил её в офисе. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "При включении НЭЛа предварительно в стол самописца закладывается влажная тряпка и при протягивании механизмом бумаги, она смачивается влагой и при контакте с пером прибора на ней отмечаются следы грунта или рыбных показаний. С одной стороны, на «Ветре» стояли суперсовременные электронные удочки, а с другой – прибор середины шестидесятых годов, самое место, которому в музее навигации! "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Как только миновали мыс Цыпнаволок и легли на западный румб поисковым курсом, сразу же ощутили волнение. Крупная зыбь шла от NNW, и сейнер плавно переваливаясь с борта на борт, ходко продвигался в сторону Рыбачьего. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Поисковый прибор рыбных показаний не фиксировал. А заметит ли он их вообще? Это тревожило и шкипера, и Кондаурова. Грунт он писал исправно, а вот рыбу, …обозначит ли он рыбу? Ведь ему столько лет! …Сплошная архаика, если нет, …как будем ориентироваться? "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Шкипер наметил маршрут на Рыбачью банку в надежде встретить что-либо стоящее. Расчёт, в общем-то, безошибочный. Кондауров был согласен с его решением. Сам бы он поступил, скорее всего, таким же образом. Для начала решили проверить изобаты в 100 – 150 метров. Вышли на эти глубины, сбавили ход до четырёх узлов и пошли поисковым зигзагом. Наконец, о чудо, НЭЛ зафиксировал какие-то чёрточки на глубине 155 метров в 10 м. от грунта. Чем дальше, тем гуще. Рыба?! …Нет, ну точно рыба, …а что же ещё это могло быть. Шкипер направил сейнер на ветер, с таким расчётом, чтобы в дрейфе, когда судно остановится и закинет свои удочки, его снесло как раз на показания, и оставалось ещё время для стравливания лесок на нужную глубину. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Устройства электронных удочек располагались по обоим бортам «Ветра» по пять штук в ряд. Вышли на позицию. Застопорили ход. На пультах управления механизмами удочек установили необходимые параметры. То есть, задали глубину, амплитуду и частоту колебаний. Это означало, что опускаясь на заданную глубину, удочки начинают колебательные движения приманки, поднимаясь и опускаясь с заданной частотой, подманивая, тем самым, рыбу. На лесках каждой удочки, на концах каждого из шести поводков были закреплены разноцветные джиггера с крючками в качестве приманки. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Итак, сейнер с застопоренным главным двигателем лёг лагом, т. е., бортом, в данном случае правым, к ветру и небольшой зыби и плавно закачался на волнах. Поплевав, как это принято у рыбаков на крючки, запустили в воду удочки с правого борта судна, установив на приборах глубину показаний 150 – 140 метров, но предварительно задав на всех пяти удочках разные амплитуды и частоты колебаний и веса добычи (то есть, веса, при которых удочки срабатывают и автоматически поднимаются с уловом к поверхности воды). Теперь оставалось только ждать. Не успев выкурить по сигарете, моряки услыхали характерное жужжание электродвигателя одной из удочек. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Есть! Сработала третья с носа – констатировал боцман. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "С напряжёнными лицами моряки ожидали подъёма. Вот сработал стопор и в прозрачной воде рыбаки увидели первую рыбину, энергично сопротивляющуюся на крючке красно-синего джиггера. Чуть глубже на метр, на следующей приманке извивалась другая трещина. Дальше последовала ручная работа. Руками в перчатках боцман выбрал леску. И вот, подцепив за жабры рыбину, килограмма на два, с усилием перекинул её через борт на палубу сейнера. Следующая была уже килограммов на пять! На этой удочке оказалось всего две рыбины. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Пошла мазута! – радостно прокричал боцман. Вот уже две рыбины бьются на палубе. Освободив леску удочки от улова, не меняя заданных параметров, боцман запустил её вновь на ту же глубину. В это время сработала первая от носа удочка. Там улов был уже в три рыбины. К этой удочке бросился Кондауров. Остальные три удочки «молчали». "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "На них изменили параметры приманивая, приведя их в соответствие со сработавшими. И тут началось! …Удочки срабатывали одна за другой. Рыбаки едва успевали «обрабатывать» их, кидаясь от одной к другой. Через полчаса стало настолько жарко, что моряки, несмотря на моросящий мелкий дождь, скинули шерстяные грубые рыбацкие свитера, оставив только непромокаемые оранжевые куртки роконов (рокон – рыбацкий непромокаемый костюм). "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Клёв продолжался в течение часа. Но вот, всё стихло. На палубе лежала довольно внушительная куча отличной отборной трески. Выкурив по сигарете, не теряя времени, рыбаки стали обрабатывать улов. Треска надрезалась по горлу (необходимо для выпуска крови) и отбрасывалась опять на палубу. Когда вся выловленная рыба была надрезана, и палуба окрасилась лужами крови. Приступили к шкерке трески – отрезанию голов, надрезу по животу и освобождению от внутренностей. Затем рыба укладывалась в пластиковые ящики и пересыпалась льдом. Вес каждого ящика с рыбой был примерно 50 кг. Примерно, потому что взвешивался на обычных, примитивных весах настолько точно, насколько это было возможно в судовых условиях при качке. Операция по укладке и взвешиванию производилась уже в трюме сейнера. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Тут надо несколько слов сказать о шкерочных ножах рыбаков. Нож моряка – это его особая гордость. Есть, конечно же, стандартные шкерочные ножи, убогие заводские изделия с пластмассовыми ручками из низкокачественной стали, быстро тупящиеся и ржавеющие. Ни один уважающий себя рыбак не будет пользоваться такими. Разными правдами и неправдами моряки достают сталь поприличнее и далее, на берегу отдают знакомым умельцам токарям. А если дело происходит в море, то обхаживают судового токаря. Длина лезвия таких самоделок около 20 см. Защитной гарды ножи не имеют, так как это не оружие, а орудие производства и гарда только мешала бы шкерке. Далее, те же токаря вытачивают ручку ножа. Тут уж всё зависит от воображения и фантазий моряка. Встречаются наборные ручки из цветных пластмассовых кругляшей, из редких пород дерева, костяные ручки из оленьих рогов. Кондауров видел даже ручки из бивня моржа! Под каждый нож моряки сами выделывают ножны. Как правило, из лоскутов коровьих шкур, которых на каждом промысловом судне предостаточно. Шкуры животных используются в качестве защитных материалов от протирания мешков донных тралов. Носятся ножи на брючных ремнях с таким расчётом, чтобы в любой момент были «под рукой». Не раз они выручали моряков палубной команды в экстремальных случаях, когда нужно было быстро освободить руку или ногу, запутавшуюся в снастях трала. Эти же ножи используются и при обработке рыбы. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "attachment", "attributes": {"caption": "Самодельный шкерочный нож (из открытых источников Сети)", "presentation": "gallery"}, "attachment": {"caption": "", "contentType": "image/jpeg", "filename": "metelitsa_1_h12mf_venge_nasechka_1.jpg", "filesize": 543940, "height": 800, "pic_id": 830692, "url": "https://storage.yandexcloud.net/pabliko.files/article_cloud_image/2024/02/28/metelitsa_1_h12mf_venge_nasechka_1.jpeg", "width": 1422}}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Что касается надрезания горла пойманной рыбе, то русские рыбаки стали делать так после неоднократных рекламаций и претензий норвежцев при сдаче груза в их портах. Игорь помнил, с каким трудом внедрялся этот способ обработки трески. Сколько копий было поломано в спорах с моряками."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Зачееем? …Кому это нужно?... Придумали тоже, …и так сойдёт… - ныли моряки. Понятно, лишний труд. Ведь на подрезку рыбы вызывалась подвахта всякий раз после подъёма трала, независимо от размера улова. Рыбу надо было надрезать по горлу и спустить кровь, пока она свежая, и ещё «бьёт хвостом», как говориться. У «подрезанной» трески мясо действительно приобретает особенный белый, аппетитный цвет. Да и на вкус при готовке она очень отличается в лучшую сторону от неподрезанной трески. Но, всё дело в привычке! Прошло время, и моряки настолько свыклись с этой процедурой, что уже без ропота дружно выходили на палубу на авральные работы по обработке улова после очередного подъёма трала."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Вот и сейчас, на сейнере, рыбаки по устоявшейся уже привычке подрезали горло треске, спуская кровь и шкеря её, освобождая от внутренностей, которые тут же откидывали в сторону на палубу. От чего палуба сейнера стала скользкой, покрытой разводами крови и напоминала переносной мясной цех на открытом воздухе. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "attachment", "attributes": {"caption": "Обработка улова (из открытых источников Сети)", "presentation": "gallery"}, "attachment": {"caption": "", "contentType": "image/jpeg", "filename": "Fishing-Fisheries-Fishery-Industry-Innovation-Access-Canada-Future-Economy-Cropped.jpg", "filesize": 1256990, "height": 1201, "pic_id": 830694, "url": "https://storage.yandexcloud.net/pabliko.files/article_cloud_image/2024/02/28/Fishing-Fisheries-Fishery-Industry-Innovation-Access-Canada-Fu_Bd3stVf.jpeg", "width": 2217}}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Но вот, улов обработан. Треска во льду уложена в трюм. Боцман из брандспойта смыл палубу от рыбных отходов и крови. Получилось шесть ящиков рыбы, то есть около 300 кг. Ну, что же, для первого раза неплохо. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Разделились на вахты, и Игорь с дедом и боцманом пошли отдыхать в кубрик. На сейнере для отдыха команды был предусмотрен тесный кубрик на пять мест, расположенный ниже верхней палубы. Кроме того, имелась единственная одноместная каюта капитана – очень тесное, помещение на верхней палубе, прямо под ходовой рубкой по правому борту. Правильней было бы назвать её конурой, а не каютой. В ней с трудом располагался только один человек. Койка, стол со стулом и всё. Нет, второй человек тоже мог поместиться, если только шкипер, при этом, сидел бы на стуле за столом, а зашедший в каюту моряк сразу бы уселся на его кровать. В этом случае он располагался бы за спиной, сидящего за столом. Вот такие условия жизни!"}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В кубрике Кондаурову хватило сил только на то, чтобы снять непромокаемые, прорезиненные штаны рокона и резиновые сапоги. Повесив амуницию для просушки на трубы радиатора и пристроив там же, внизу на палубе сапоги, он, обессилено повалившись на койку, провалился в глубокий сон. Казалось, он только заснул, когда из забытья его, буквально выдернули тормоша за плечо."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Василич, вставай, …время…- с трудом разомкнув веки, он увидел склонившегося над ним шкипера. – Очухался? …вставай. Чайник на камбузе уже горячий. Пейте чай и на вахту… "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Кондауров, оглядевшись, увидел пробудившихся от короткого сна боцмана и «деда» натягивавших уже штаны роконов. Часы показывали, что спали они «целых» три часа. Всё тело Кондаурова было словно чужое. Мышцы рук и, почему-то ног, с непривычки болели, гудели и были, словно, налиты свинцом."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Как обстановка? – Поинтересовался у шкипера Игорь. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Сделали ещё три ящика трески. Всё скисло. Идём уже час поиском на SE вдоль Рыбачьего. – далее, он отдал распоряжение Кондаурову на вахту: "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Доходим до Цыпа (мыс Цыпнаволок), если ничего не встретим. Разворачиваемся на NW, … меняем глубину…. Проверяем изобаты 160 – 200 м. Глубже не ходи. Будем искать, и держаться здесь, на Рыбачьей банке. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "– ясно, … всё понял, давай, отдыхай уже…."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "– да, пойду, с ног валюсь, …сил нет."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Окончательно стряхнув с себя остатки сна. Натянув скукоженный от засохшей соли рокон, Кондауров поднялся на палубу. Утро летнего дня совсем не было похоже на летнее. Тучи низко стелились над морем. Моросил мелкий надоедливый дождь. Даже не дождь, а какая-то мокрая взвесь. Солнце было скрыто за хмурыми облаками. Пологая зыбь мерно шла от NW, в данном случае, почти попутная ходу сейнера, от чего тот медленно переваливался с борта на борт, мерно стуча движком. Второго механика на руле сменил боцман, который сейчас стоял у дверей открытой рубки с бутербродом, густо намазанным тушёнкой и большой кружкой крепкого чая в руках. Он, хмуро вглядываясь вдаль, время от времени с удовольствием откусывал большие куски здоровенного бутика и запивал их горячим чаем. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Видимость не более, мили. – отметил про себя штурман. И, зябко передёрнув плечами, зашёл в тёплое помещение камбуза. Где принялся за завтрак. То есть, намазав большой ломоть хлеба тушёнкой и налив кружку горячего чая, присоединился к старшему механику, усердно жующему свой «бутик»."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "- Неправильно, Сергеич, бутерброд ешь, …тушёнкой на язык надо, … - хмуро перефразировал он кота Матроскина из известного мультика «Каникулы в Простоквашино». Однако, юмор Кондаурова не был оценён. Стармех ничего не ответил, продолжая так же хмуро и сосредоточенно поглощать свой бутерброд."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Закончив нехитрый завтрак, дед спустился в машину, проверить работу двигателя, а Игорь поднялся в, прости господи, рубку (скорее кабину комбайна), сменить боцмана на руле. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "Рыбу нашли через час, на траверзе мыса Логнаволок, в четырёх милях от берега. И далее, работа закипела теперь уже по установившемуся порядку: забег на ветер, дрейф с заглушенным двигателем и спуском удочек, затем их подъёмом. Обработкой улова. Далее, опять забег, и … всё по новой. За шестичасовую вахту наловили порядка 350 кг. отличной трески."}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {}, "string": "В таком режиме трудились пять дней. Моряки избрали схему так называемых «английских вахт» - четыре через четыре и шесть через шесть. Что означало четыре часа вахты, далее четыре часа отдых и сон, далее уже шестичасовая вахта и шестичасовой отдых. И так, по кругу. За эту «ходку» (в данном случае – выход в море!) моряки положили в трюм сейнера 1300 кг. охлаждённой трески. Для первого раза хватит, решил шкипер и «Ветер» направился в порт. "}], "attributes": []}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "P. S."}], "attributes": ["heading1"]}, {"text": [{"type": "string", "attributes": {"bold": true}, "string": "Больше материалов смотри на моём канале «ОКЕАН, СТИХИЯ, МЕЧТЫ, ПАРУСА» "}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": " в VK "}, {"type": "string", "attributes": {"href": "https://vk.com/club223593857"}, "string": "(https: //vk. com/club223593857"}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": ") и РУТУБЕ ("}, {"type": "string", "attributes": {"href": "https://rutube.ru/channel/34682552/"}, "string": "https: //rutube. ru/channel/34682552/"}, {"type": "string", "attributes": {}, "string": ")"}], "attributes": ["heading1"]}], "selectedRange": [17584, 17584]}
Комментарии 0